November 30th, 2019

Две "евроармии" или Еще раз о "смерти мозга".

"Ты мне за это заплатишь, Меркель!" - как бы говорит дядя Сэм тете Ангеле.

Итак, 2 декабря, начнется юбилейный саммит НАТО в Лондоне. При этом нетрудно заметить, что ноябрь был посвящен его не только технической, но и идеологической подготовке. Наиболее резонансным стало заявление президента Франции Эмманюэля Макрона о «смерти мозга НАТО». Общий пафос интервью The Economist, опубликованного 7 ноября, сводился к тому, что рассчитывать на защиту США более нельзя и Европе необходимо превратиться в самостоятельного геополитического субъекта с соответствующим силовым потенциалом.

Во многом это «сокращенная версия» известного августовского выступления Макрона перед послами, в ходе которого прозвучала констатация заката западной гегемонии. Речь, кроме декларации о необходимости достижения европейского суверенитета, постулировала как желательное сохранение и расширение почти глобального военного присутствия.

В известном смысле Макрон неоригинален. Париж пытался реализовать идею европейской армии уже дважды. Елисейский договор 1963-го, положивший начало франко-германскому союзу, послужил предпосылкой для первой попытки. Однако Германия предпочла зафиксировать приоритетность отношений с США. Вторая попытка продвинуться к «суверенитету» была предпринята в 2003−04 гг. — на фоне начала второй Иракской и… стремления США сократить свое присутствие в Европе, и она не удалась. Спустя полтора десятилетия все вернулось на круги своя.

Нынешняя позиция администрации Дональда Трампа хорошо известна. Вашингтону уже удалось продавить повышение военных расходов союзников до 2% ВВП к 2024-му году — и это стало поводом для еще более радикальных предложений. В прошлом году Трамп озвучил как желаемую цифру в 4% ВВП, что уже крайне много по текущим среднемировым стандартам. При этом, если увеличение военных расходов европейцев в 3−4 раза пока остается в ранге несбыточных пожеланий, то менее масштабные инициативы реализуются намного быстрее. Так, выплаты США в бюджет НАТО, составляющие 22% от общих ($ 2,5 млрд.), со следующего года сокращаются до 16,35%, в то время как, например, германские растут до такого же уровня (с 14,8%). Иными словами, Вашингтон не только переложил на европейских союзников выплаты $ 653 млн., но и добился полной неэквивалентности выплат объему собственного ВВП стран-участников — положение «союзники должны платить» реализуется медленно, но весьма упорно.

Collapse )